Вечерняя (недо)сказка

"...какие-то силы  позволили  мне  его выбрать.  Он мой - этот
мир, и я буду тут жить. Мне больно и плохо, но я умею улыбать-
ся.  Я смогу. Даже, если один. Где ты, время?! Лети сюда и за-
бирай меня скорее. Я готов к полету. Мне нужны события и прик-
лючения. Мне надо. Мои!.."

     - Коська!
     Стиснув зубы я откинулся на спинку кресла и мысленно  вы-
ругался.  Выругался зло,  не выбирая выражений. Пальцы до боли
сжали деревянные подлокотники. Почему именно сейчас?! Я с тос-
кой  посмотрел  на болтающийся в самом низу полоски скроллинга
бегунок. Почему не через пять минут, а именно СЕЙЧАС?!
     - Да! - совершенно позабыв о том, что на улице второй час
ночи с плохо скрытой злостью каркнул я.
     - Иди сюда!
     Еще раз мыслено выматерив  отцовскую  привычку  орать  на
весь дом,  вместо того, что бы просто подойти, и подавив жела-
ние вцепиться кому-нибуль в глотку,  я с сожалением поднялся с
кресла. Вот так всегда. Стоит во что-то с головой погрузиться,
как тут как тут кто-нибудь,  что ни при каких  обстоятельствах
не позволит тебе этого сделать.  В голове в очередной раз про-
мелькнула заманчивая мысль утащить раскладушку на работу и без
краней необходимости дома вообще не появляться...
     - Иду,  иду... - я мстительно проскользнул мимо отцовской
комнаты  на  кухню.  Нарочито неторопливо достал банку с кофе,
бросил в бокал две ложки и, немного подумав, добавил еще ложку
сахара. Сойдет.
     Глядя сквозь металлизированное стекло, как в микроволнов-
ке крутится,  нагреваясь до нужной температуры, белый бокал, я
мысленно возвращался в тот,  непохожий на наш мир,  где  можно
встретить  настоящих  друзей  и  где иногда сквозит все та же,
родная и привычная, старая как мир безысходность.
     - Ну, что у тебя на этот раз плохого? - мрачно осведомил-
ся я, толкая дверь в комнату.
     - Вот это что она говорит?
     Я скрипнул зубами - папане на днях взбрело в голову  пос-
тавить себе Windows'98. Если найду того гада, кто сказал ему о
ее великих перимуществах - удавлю.  Или,  еще лучше,  поселю в
батину комнату в качестве советчика. Сам удавится.
     "... unable to open com2, port used by another program."
     - Не могу открыть порт, ибо он пользуется другой програм-
мой. Нахрена ты запустил два факса?!
     Батя окинул меня удивленным взглядом.
     - Я? Я ничего не запускал.
     - Да,  конечно. Бабушка покойная запустила... - пробормо-
тал я себе под нос, - Перегрузи это чудище.
     - А ты напиши что-нибудь лучше,  если не нравится,  - не-
медленно встал в позу родитель, - Уже перегружал.
     - Я и юниксами неплохо обхожусь,  - огрызнулся я в ответ,
- у них, по крайней мере глюки изо всех щелей не лезут... Убе-
ри руки!  Дай сюда... А это что? - я ткнул пальцем в торчщий в
автозагрузке факс,  - Оно тебе надо? Не надо? Вот и чудненько.
Перегружайся.
     Я забрал со стола уже начавший остывать кофе и неторопли-
во направился к себе.  Дрянь настроение,  думал я на ходу, или
все-таки нет?  Настроение было до боли знакомое -  так  бывает
почти всегда,  когда тебя резко выдергивают из другого мира, в
который ты успел крепко вжиться. Щемящее чувство пустоты, оди-
ночества - ты уже ушел оттуда,  но и сюда еще не вернулся. Ду-
рацкое ощущение.
     Поставив бокал  на  край стола я бросил задумчивый взгляд
на переполненную пепельницу.  Вытрясти,  что ли? Да, не повре-
дит. Я вернулся на кухню, опрокинул пепельницу в ведро. На се-
кунду задумавшись решительно открыл холодильник и достал  пос-
леднюю банку джин-тоника.

"Лезвие исчезло!  Не было никакого лезвия! Я сам его придумал!
Я сам придумал свое одиночество. Надо что-то делать. Становит-
ся очень опасно. Еще немного, и окажется, что я - никто, и это
одиночество придумало меня. Но мир, тот, в который мне повезло
прорваться,  никуда не исчез. Он здесь, со мной. Он мне нужен,
а значит я нужен ему. Банально? Да пускай. Не знаю, как вам, а
меня устраивает.  Пусть только сейчас,  в это самое мгновение,
которое уже рвyтся в вечность.  Но что на свете  важнее  этого
самого мгновения, имя которому "Жизнь"."

     Двойники... Я  закрыл  глаза  и завертел в руках холодную
банку.  Странная, выходящая за рамки простого фанфика история.
Местами  мрачная,  местами  страшная,  местами ядовито-ехидная
и...  удивительно добрая.  Откуда берутся такие вещи, из каких
глубин подсознания они выныривают?  Что за ними лежит? Вопросы
без ответа - это я знал задолго до "Двойников".  На них нельзя
ответить.  На бумаге выплескивается нечто,  что нельзя описать
словами. Мысли, чувства - то, что редко произносится вслух.
     Не открывая глаз я отхлебнул из банки.  Впервые с момента
знакомства с "Шестым спасателем" я вдруг осознал, что я больше
не воспринимаю крысенка, как некий персонаж, порождение чье-то
фантазии. Я не мог вспомнить момент, когда это произошло, но в
какое-то неуловимо мгновение он обрел плоть и кровь, стал реа-
лен,  приобрел живую душу.  И это замечательно,  так и  должно
быть.
     Я открыл глаза и обнаружил зажатую в руке дымящуюся сига-
рету.  Забавно. Интересно, до какой степени должен дойти авто-
матизм, если я даже не могу вспомнить, когда я ее прикурил?
     Перечитать еще раз?  Неторопливо, внимательно, осмысливая
каждое слово?  Нет, не сейчас. Позднее. Нельзя разрушать прек-
расную и болезненную одновременно иллюзию. Пусть остается. Хо-
тя бы до утра. Как в старые-добрые времена, когда я мог позво-
лить себе жить вне этого мира. А там будет видно...
     Откуда-то из путаницы мыслей на мгновение высунулась ост-
рая  крысиная мордочка и весело подмигнула.  Я подмигнул ему в
ответ и улыбнулся.